Запись без названия
У Ильи Романовича есть курс достойных лекций, жена и прооперированная кошка. Илья Романович носит некрасивые очки, но моется достаточно часто. Иногда только может пропустить мытье недлинных волос и помыть только то, что ниже. Илья Романович с кошкой своей не играет и моет её горшки с научным постоянством, как моют ученые колбочки после рядового эксперимента со стабильной повторяемостью. Илья Романович использует зеркало функционально и по-делу, чтобы проверить, не расстегнулась ли маленькая пуговица на животе рубашки. И еще чтобы ладонью уложить топорщащуюся седоватую волосину на левом виске.
Илья Романович молча кушает женины щи и думает про её пальцы, картошку и капусту, и потому не доедает. Ему кажется, что куда бы он не посмотрел перед ним везде ее ноги — в колготках со стрелками и тапочках. Вечером он сядет за компьютер, а жена будет ложиться спать и стягивать колготки с ног, сухой кожей мазолей шумно цепляясь за ниточки. Илья Романович покроется мурашками и громко нажмет на рефреш. Мигающие банеры предлагают всяческие удовольствия и посылают сигналы в незамысловатую половую систему. Однако помимо всего прочего, Илья Романовчи очень хочет спать. Но посидит еще, пока не засопит жена. Тогда он снимет с дивана проопеированную кошку и ляжет.
Претворяясь будто это вовсе не он, не Илья Романович с курсом достойных лекций, женой и прооперированой кошкой, согревшей кусочек кровати, Илья Романович лёжа думает о девочке со второго курса, с разрезами и в расцветке леопарда. Думает в жанре банеров и хмурится, в то время как его жена уже не пытается притворно случайно положить на него какую-нибудь из своих рук. Илья Романович все равно увернется.
Утром Илья Романович просыпается разбитым и идет на работу. Своей постоянной ручкой он выведет девочке в леопардовом зачеточное «хорошо». Так он нафантазировал прошедшей ночью. Девочка в леопардовом, вставая со стула, шумно зацепилась колготкой за щепку стула и ойкнула, улыбаясь, в эксплицитном наклоне. Илья Романович покрылся мурашками и подумал про слово «удовлетворительно». «Теперь уже поздно», — потом еще подумал Илья Романович, и почувствовал, что снова топорщится у него на левом виске седоватая волосина.